После Египта.

После Египта. Надо сказать, что вторжение Наполеона в Египет больше всего напугало не Англию, а ОИК, и именно ОИК во всех последующих событиях сделала жупел сухопутного вторжения Франции в Индию идеей фикс. Но новый виток страхов последовал в 1805 году, когда шах Персии Фатх Али Шах Каджар обратился к Франции за военной помощью против Российской империи. Дело в том, что в 1804 году началась очередная русско-персидская война, и Цицианов осадил Эривань, Каспийская флотилия взяла Баку, и закавказские провинции Персии начали таять как снег на солнце. И в 1805 году Наполеон отправил в Персию двух послов, одним из которых был Пьер Амаде Жобер. Шах был впечатлен победами Наполеона в Европе и согласился послать посланника. В свою очередь персидский резидент Мирза Мухаммад Ридха-хан Казвини встретился с Наполеоном во дворце Финкенштейнов в Австрии, где в мае 1807 года был подписан союзный договор. Наполеон согласился оказать военную и дипломатическую помощь против России, а персы согласились разорвать связи с англичанами и разрешить французская армия должна пройти через Персию в Индию (пункт, опять-таки, вставлен, дабы позлить англичан). В Багдад была отправлена военная миссия во главе с генералом Клодом-Матье де Гарданом (Claude-Mathieu de Gardane), которая прибыла в Тегеран в декабре 1807 года. Гардан должен был оказать военную помощь и оценить возможность сухопутного вторжения в Индию. Когда слухи об этом дошли до Лондона, они вызвали сильное беспокойство, но гораздо больше беспокойства они вызвали в Бомбее. Еще во время Египетского похода Великобритания учредила Багдадскую резиденцию в 1798 году и отправила послов в Персию, Мехди Али Хана в 1798 году и Джона Малькольма в 1800 году. К 1807 году сообщения британской разведки били тревогу о том, что армия численностью 12 000 человек во главе с генералом-ветераном Жаком-Франсуа Мену марширует в Индию через Персию (скромно заметим, что в этот момент Мену спокойно сидел в Венеции). В ноябре исполняющий обязанности резидента в Багдаде Джон Хинд написал резиденту в Бушире Николасу Хэнку Смиту об ожидаемом прибытии посольства генерала Гардана в Тегеран, предупредив, что «французы скапливаются в Персии». Тем временем в Калькутте генерал-губернатор Бенгалии лорд Минто опасался, что даже небольшие французские силы могут нанести ущерб британской Индии. Полагая, что «нет места сомнениям […] в том, что французы фактически являются посредниками в проекте вторжения в Индию через Персию», Минто отправил Джона Малкольма со второй миссией в Персию. В результате возник план создания британского аванпоста в Персидском заливе, на острове Харг. Проект инструкций, подготовленный при посредничестве Верховного совета Бенгалии в январе 1808 г., указывал, что, Малькольм будет действовать путем «переговоров, если это возможно», но не исключались и «другие меры, какого бы характера они ни были, будь то сила убеждения или военная сила». Малькольм прибыл в Бушир в мае 1808 года в сопровождении эскорта из 500 солдат. Здесь он был задержан персами из-за присутствия Гардана в Тегеране. Разочарованный задержкой, Малькольм пригрозил занять Харг. Николас Хэнк Смит сообщил резиденту в Басре Сэмюэлю Манести, что Малькольм предложил отправиться в Каррак [Харг], но ожидает приказа, который позволит ему «действовать с еще большей строгостью по отношению к [персидскому] правительству, если обстоятельства его заставят». Однако и понимая, что высадка на Харг вызовет боевые действия между Великобританией и Персией, а не подорвет позиции французов, Малькольм отступил и снова отправился в Бомбей в июне 1808 года. Еще раз заметим – Малькольм действовал от имени ОИК, а не Англии, и ситуацию он видел глазами ОИК, а не Лондона. И вот тут проснулся Лондон. И в Персию был отправлен второй посланник – сэр Харфорд Джонс, посол Его Величества при персидском дворе с февраля 1807 года. Реально прибыл в Бушир в октябре 1808 года. Именно ему британская дипломатия приписывает настоящую дипломатическую победу – изгнание посольства Гардана из Персии в феврале 1809 года.